Июнь 2026   |   В фокусе

9% компаний в РФ не знают числа подрядчиков: финансовый ущерб от атак через партнеров вырос до 61%

Девять процентов российских компаний не знают точного числа своих поставщиков, оставляя сотни точек входа для злоумышленников без контроля. Финансовый ущерб от атак через партнеров стал главным страхом для бизнеса, вынуждая переносить проверку безопасности на самый ранний этап заключения контрактов.

Исследование «Лаборатории Касперского», представленное на ПМЭФ-2026, фиксирует критический разрыв в управлении рисками: 9% российских компаний не знают точного количества своих поставщиков и подрядчиков. В среднем одна организация взаимодействует с 67 поставщиками ПО и 99 подрядчиками, имеющими доступ к системам, при этом лишь 8% бизнеса удовлетворены текущим уровнем защиты цепочки поставок. Финансовый ущерб от атак через партнеров стал главным страхом для 61% респондентов, что выше мирового показателя в 48%.

Состояние видимости и контроля

Данные опроса выявляют системную проблему «слепых зон» в инфраструктуре бизнеса. Компании теряют контроль над периметром безопасности из-за масштабной зависимости от внешних партнеров.

  • Уровень неопределенности: 9% организаций в России не могут назвать точное число контрагентов. Для сравнения, на глобальном рынке этот показатель составляет 6%.
  • Масштаб взаимодействия: Типичная российская компания обслуживает связи с 67 поставщиками программного обеспечения и 99 подрядчиками.
  • Дефицит инструментов: 45% респондентов указывают на нехватку решений для контроля кибербезопасности партнеров. Этот показатель значительно превышает мировой уровень в 31%.

Важный нюанс: Отсутствие полной инвентаризации подрядчиков создает ситуацию, когда компания не может оценить реальный объем своих рисков, так как не знает, сколько именно точек входа доступно злоумышленникам.

Оценка угроз и реакция рынка

Бизнес осознает высокую вероятность атак через доверенные связи, однако уровень воспринимаемой уязвимости в России выше, чем в мире. 38% российских компаний оценивают свои риски как значительные (против 26% глобально). При этом 92% организаций признают необходимость совершенствования защиты, а 18% считают, что требуются фундаментальные изменения в подходах. Структура ожидаемых последствий атак в РФ имеет свою специфику:

  • Финансовый ущерб: 61% (мировой уровень — 48%).
  • Операционные нарушения: 49% (мировой уровень — 52%).
  • Кража интеллектуальной собственности: 44% (мировой уровень — 33%).

Мировая практика показывает, что компании, уже пострадавшие от атак, активнее внедряют проверки: 56% требуют результаты тестирования на проникновение, а 53% анализируют политики безопасности цепочек поставок у партнеров.

Стоит учесть: Российский рынок демонстрирует более высокую тревожность по поводу финансовых потерь, чем глобальный, что указывает на приоритет защиты ликвидных активов перед операционной непрерывностью в текущих условиях.

Механизмы снижения рисков

Эксперты предлагают комплекс мер, смещающий фокус с реактивного реагирования на превентивный контроль на этапе выбора контрагента. Ответственность за безопасность перестает быть задачей только отдела ИБ и становится критерием коммерческой сделки.

  • Аудит до заключения контракта: Проверка политик безопасности, истории инцидентов и соответствия стандартам у вендоров ПО.
  • Юридическое закрепление: Включение требований по кибербезопасности, регулярным аудитам и протоколам оповещения о инцидентах в договоры.
  • Технологическая изоляция: Внедрение принципа наименьших привилегий и модели нулевого доверия для ограничения доступа подрядчиков.
  • Финансовая модель: 100% компаний, не разделяющих расходы на безопасность с подрядчиками, готовы к этому. В 20% организаций такая практика уже реализована.

На фоне этого: Ответственность за управление рисками должна начинаться на этапе тендера, где критерии кибербезопасности становятся блокирующим фактором для выбора любого контрагента с доступом к инфраструктуре.

Рекомендации для бизнеса

Для минимизации ущерба от компрометации цепочек поставок рекомендуется внедрить следующие практики:

  1. Проверка вендоров: Оценивать уязвимости и проводить пентесты перед интеграцией ПО и облачных сервисов.
  2. План реагирования: Разработать сценарии действий при атаке через поставщика, включая возможность быстрого отключения доступа.
  3. Обучение персонала: Проводить тренинги по цифровой грамотности для защиты от социальной инженерии и фишинга.
  4. Лицензионное ПО: Использовать только легальный софт с регулярными обновлениями.
  5. Защита инфраструктуры: Для среднего и крупного бизнеса — внедрение платформ многоуровневой защиты (например, Kaspersky Symphony XDR), для малого бизнеса — установка специализированных решений (Kaspersky Small Office Security).

Коротко о главном

Какой ущерб от атак через партнеров вызывает наибольшую тревогу у бизнеса?

61% респондентов боятся финансовых потерь, что выше мирового показателя в 48%, поскольку компании ставят защиту ликвидных активов выше операционной непрерывности.

Сколько внешних партнеров имеет доступ к системам типичной российской организации?

Одна компания взаимодействует в среднем с 67 поставщиками ПО и 99 подрядчиками, что приводит к масштабной зависимости от внешних ресурсов и потере контроля над периметром безопасности.

Почему

45% компаний испытывают дефицит инструментов контроля безопасности партнеров? Этот показатель превышает мировой уровень в 31%, из-за чего организации не могут эффективно мониторить риски, исходящие от своих контрагентов.

Какие изменения в подходах к защите требуются по мнению

18% организаций? Эта часть бизнеса считает необходимыми фундаментальные перемены, так как 92% компаний в целом признают срочную потребность в совершенствовании защиты цепочек поставок.

Как компании, уже пострадавшие от атак, меняют свои требования к партнерам?

56% из них требуют результаты тестирования на проникновение, а 53% анализируют политики безопасности поставщиков, чтобы предотвратить повторные инциденты.

Какая доля бизнеса готова разделить расходы на безопасность с подрядчиками?

100% компаний, которые пока не делят эти расходы, готовы к такой практике, хотя в 20% организаций она уже реализована для снижения общих рисков.

На каком этапе сделки должны вводиться критерии кибербезопасности?

Ответственность за риски должна начинаться на этапе тендера, где требования к безопасности становятся блокирующим фактором для выбора любого контрагента с доступом к инфраструктуре.

Инфографика событий

Открыть инфографику на весь экран


Участники и связи

Отрасли: ИТ и программное обеспечение; Кибербезопасность; Бизнес; Аналитика и исследования; Управление и стратегия; Цифровизация и технологии

Материалы по теме